Он проснулся, чувствуя, что задыхается.
Соль во рту оказалась его собственной кровью, смешанной с землей. Он выплюнул ее.
Рев над ним не был ревом моря. В серой туманной полумгле утра где-то над деревьями жужжала и ревела неведомая громадина. Он едва успел заметить быструю тень. Яростный ветер обрушился на ветви. Потом рев удалился и стих.
"Ужас, - подумал он. - Бредовый сон..." Теперь за ним охотилась чудовищная птица... Он встал на колени. Птица?.. А может быть, летательный аппарат?
Правая часть его тела была, как бревно, недвижное и холодное. Он пощупал грудь. К ней прилипли земля и остатки листьев. Наверное, ночью опять шел дождь. Он огляделся. Деревья неясными серыми и рыжими силуэтами выплывали из тумана, который еще окутывал подлесок. Небо, однако, светлело быстро. Угрожающее жужжание стихло, но Грегори услышал вдали странный крик, нечто вроде призыва дикого животного. И другой, в противоположной стороне.
"Боже правый!.." Он обхватил голову руками. Лоб его болел и на ощупь казался ледяным. "Я совсем один!" Он вспомнил о радио и тут же вскочил на ноги. Все тело его напряглось. Ему показалось, что сердце останавливается.
- Спокойно, - произнес он. - Прежде всего аптечка... сменить повязку... осмотреть руку.
Он торопливо обыскал карманы. Открыв аптечку, он увидел, что все было в целости.
Он сменил повязку на ноге. Одна инъекция, одна таблетка. Он глянул на руку и скривился. То, что он увидел, больше напоминало обгоревшую кору, чем человеческую кожу. Но рука все же двигалась. Он прислонился к дереву и расчетливо проделал все необходимое. Очистил рану. Присыпал антибиотиком. Снова ввел успокаивающее.