– Невозможно.

– Скажем так… очень маловероятно.

– Но если нас намеренно подпихнули к его открытию, то – зачем?

– Вот этот вопрос меня больше всего и беспокоит. Повх с Локтевым переглянулись. Геофизик снял вторую перчатку, спросил:

– Ну что, попробуем?

– А вдруг там другие внешние условия? Разнесет от декомпрессии в труху…

Локтев усмехнулся:

– Ты же совершил одну глупость, сняв шлем? Давай уж я совершу вторую. Тем более вариантов, по-моему, особых нет.

Повх пожал плечами. И ему вдруг стало жутко. Чувство незащищенности навалилось в один момент, тяжелым грузом потянув вниз все внутренние органы. Они вдвоем попали в переделку, ой как попали! И теперь, что самое неприятное и ужасное, ничего не зависит от них. А когда космонавт теряет контроль над обстоятельствами, он превращается в балласт, который очень легко выбросить за борт. Сейчас складывалась именно такая ситуация.

– Володя, – сказал биолог. – Ты уверен, что мы имеем право сейчас принимать какие-то решения?

– Не понял.

– Хреновое у меня предчувствие какое-то…

– Без паники. Нам нужно выбраться отсюда. Доложить Демиденко, с Землей посоветоваться. Понимаешь?

– Да… Да, конечно. Пробуй, прикладывай ладони к этим чертовым кругалям.

– Подержи-ка шлем. И свети сюда.

Локтев отбросил снятые перчатки, слегка присел, выставил руки вперед и стал медленно приближать ладони к кругам. Когда он наконец коснулся их, Повх непроизвольно вздрогнул.

Ничего.

– Ничего, – выдохнул Локтев. – Ни хрена эффекта.

– Плохо или хорошо?

– Даже не знаю, что ответить…

Сначала исчез двухметровый сегмент стены справа от них. Была стенка и не стало. Выпуклости на полу вспыхнули, и все помещение озарилось ярким белым светом.

Повх зажмурился, а Локтев отдернул ладони от кругов, затравленно оглядываясь.