— Еще неизвестно, чье она дитя.

Мужчины пристально посмотрели друг на друга. Потом Диллон отошел в сторону, пропуская медтехника. Он еще долго провожал взглядом Клеменза, пока тот не скрылся в проходе тонне ля "D".

Женщина неподвижно лежала на кровати, но она уже не стонала. Клеменз проверил упаковку для внутривенного вливания, прикрепленную к ее руке. Не зная специфики ее состояния, он был вынужден лечить ее от общего истощения. Вместе с глюкозой и сахарозой в состав упаковки входили растворы толерантных антибиотиков, реанимационно-усыпительные препараты и обезболивающие. Ее индивидуальная дискета была повреждена во время кораблекрушения, поэтому Клемензу приходилось обходиться без важной информации, которую та содержала. Он тщательно следил, как ее организм реагирует на лекарства, но никаких аллергических реакций не обнаружил.

Клеменз с удовлетворением заметил, что упаковка на руке женщины почти пуста. Это означало, что тело усвоило восстановительный раствор. Контрольные огни аппарата наблюдения за жизненно важными органами горели зеленым светом, когда он обследовал грудь и череп. Ободренный этим, Клеменз вставил ампулу в инъектор и слегка повернул руку женщины.

Ее глаза внезапно открылись, словно до этого она только притворялась спящей. Испугавшись такой быстрой реакции, Клеменз заколебался. Она спросила, показывая на аппарат в его руках:

— Что это?

— Универсальный инъектор.

— Я вижу. Но вы же знаете, что имею в виду Он слегка улыбнулся.

— Это легкий коктейль, приготовленный по моему рецепту. Помогает открывать глаза. Адреналин, несколько специально подобранных эндорфинов и парочка таинственных белков. Для аромата. Думаю, что ваш организм в состоянии это усвоить. Через пять минут вы будете чувствовать себя гораздо лучше.

Она продолжала смотреть на него настороженно.

— Вы врач?

Он пожал плечами и оглянулся, словно от такого вопроса ему сделалось неуютно.