- Доброе утро всем и спасибо, что все в сборе. Сотрудников тут не много, ну, оно и лучше, быстрее все решим, - начал инспектор, подходя к врачам.

Заведующий отсел в сторону и, сняв белую шапочку, добавил:

-Пока еще не все, няня прийти должна с минуты на минуту, тогда будут действительно все.

Дежурный врач, видимо, заметив недоумение на лице помощника, поспешил вставить разъяснение:

- Понимаете ли, няня, конечно, к персоналу относится постольку поскольку, но мы решили, что, раз уж вопрос стоит об отделении в целом, то ее это тоже касается.

Инспектор качнул головой.

- Да, конечно же. Но начнем, пожалуй, прямо сейчас. Она потом и так войдет в курс событий, я думаю, без труда. Итак, все вы, дорогие наши медики, в курсе, какое есть распоряжение по поводу этого всего, что тут у вас содержится. Не выполнять его мы не имеем права, да и дело, собственно, не в том, делать или нет, а в том, как лучше это сделать.

Дежурный врач хмыкнул.

- Не гуманное это ваше решение, начальник станции, видимо, не совсем отдает себе отчет в том, что, имея такие полномочия, нельзя ими пользоваться во вред общепринятым принципам. Нельзя в угоду каким-то удобствам наступать на гуманизм и сострадание, даже если это относится к таким, как здесь.

Помощник поспешил возразить, сходу осадив подобную тему.

- Это все несерьезно, доктор. Какие общепринятые принципы, какой там гуманизм! Вы что, не в курсе событий? Как можно разглагольствовать об этом, зная, в каком бедственном положении находится наша база?! Раненых полным полно, их уже некуда ложить, рейсовые корабли идут с опозданием и забирают слишком мало, чтобы нам стало легче. Я могу согласиться, что в самой сути кое-кто там и не прав, продолжая интенсивные экспедиционные десанты при такой ситуации. Люди заболевают, калечатся, их не успевают вылечивать, а новых уже отправляют. Но при чем здесь наш вопрос? Это ведь уроды, доктор, даже не просто уроды, а черт знает, что такое.