Процедура была стандартной. Все они давно к ней привыкли, проходя ее не один раз в прошлом. Но в обычной своей жизни, жизни рудокопа Колец Тотмеса, они не имели возможности получить нечто подобное, и поэтому наслаждались каждой секундой долгожданного праздника.
На столах их уже ждала еда. Там были белые скатерти и столовые приборы из серебра. Сияли бокалы. Генераторы искусственное гравитации создавали поле притяжения, более слабое, чем то, к которому они привыкли в своих космоскафах. Сняв неуклюжие вакуум-скафандры, каждый чувствовал себя необыкновенно легко. Все было рассчитано на создание эйфорического настроения. Только теперь, когда в Кольца пришел корабль-сборщик, старатели могли ощутить себя в мире неожиданно материализовавшейся мечты. Если бы не корабли-сборщики, они могли бы и позабыть, ради чего рискуют жизнями, стали бы деградировать или сходить с ума. А теперь они снова почувствовали себя детьми на рождественской елке.
Данн тоже ощущал в себе эту тягу к экстравагантному поведению, подобно всем встречавшим транспорт, но его партнер оставался в пластиковом куполе за многие сотни миль пылевого пространства, ожидая пока он, Данн, вернется. «Не забывай об этом», — напомнил он себе. Их скалу уже однажды обнаружила пара рудокопов и пометила своим маркером — «ГК-3.». Это произошло, как свидетельствуют цифры, обозначавшие дату, два года назад. И с тех пор неизвестная пара словно растворилась в пустыне Колец. Потом скалу нашли они, Кииз и Данн, и пометили ее «ДК-39». Теперь в задачу Данн входило благополучно вернуться назад с запасами кислорода и провизии, пока Кииз охраняет их находку от непрошеных искателей богатств. Если Данн не вернется или вернется не вовремя, Кииз умрет. У него закончится кислород. Данн не должен был ни на секунду терять это обстоятельство из виду. Что он и делал.