– Три? Разве их должно быть не четыре? Пятеро, считая меня.

– Было пятеро. Но архимаг Бизаль в прошлом месяце погиб. Разве ты не слышал?

– Я мало интересуюсь происходящим за этими стенами. Значит, нас осталось четверо?

– Да. Верховный Маг Шурукках, архимаг Арза, твой почтенный отец Алкеалол и ты сам.

– Разве Арза все еще жив?

– Он ослеп и с трудом ходит, но в битве страшен по-прежнему. Так каков твой ответ, абгаль? Когда ты выступишь?

– А когда это нужно?

– Как можно скорее.

– В таком случае я выступлю прямо сейчас. Не будем терять времени.

Креол отпрянул от двери. Ему не хотелось быть пойманным на подслушивании. Однако ни отец, ни императорский посланник даже не посмотрели в сторону юноши. Креол выждал, пока они немного отойдут, и рысью бросился следом.

Уже через несколько минут гонец взошел обратно на колесницу. Хозяин дворца проводил гостя до ворот, а затем подозвал к себе управляющего. Отдав несколько коротких распоряжений, он повернулся к сыну.

– Я улетаю на неопределенный срок, – произнес Креол-старший, протягивая сыну связку ключей. – Это ключи от всех помещений. Шахшанор остается в твоем распоряжении. Можешь пользоваться им в разумных пределах.

– В чем они заключаются?

– Вернувшись, я желаю застать все так, как сейчас. Ты можешь разрушить дворец, если захочешь, но не забудь потом отстроить его в прежнем виде. Если умрет кто-то из рабов, изволь заменить его аналогичным. В мои покои заходить запрещаю. В этой связке есть ключи и от них, но я сразу узнаю, если кто-то переступит порог.

Креол сумрачно кивнул. Ничего другого он от отца и не ожидал.

В отличие от императорского гонца, архимаг не стал запрягать колесницу. В конюшне Шахшанора множество породистых коней, онагров и даже пара молодых ламассу, но Креол-старший использует их только для торжественных выездов.

Сейчас же он лишь затрясся всем телом… и взметнулся в небо бурным вихрем. Одежда и тело вмиг растворились, сменившись плотным ветряным коконом. Черты лица еще некоторое время виднелись в этом потоке, но потом исчезли и они.