- Я убежала. А вот почему они охотятся за тобой?

- Будь я проклят, если знаю. Случайность, наверное. Я оказался тут как раз в то время, когда летели их соколы.

На шее девушки была железная цель без застежки, слишком маленькая, чтобы быть надетой через голову. На цепочке висела бляшка с выдавленным на ней словом. Тревер взял бляшку в руки.

- Гелт, - прочел он. - Это твое имя?

- Меня зовут Джин. Гелт - Корин, которому я принадлежу. Он ведет охоту. - Она бросила на Тревера свирепый и вызывающе гордый взгляд и сказала, как будто выдавала тайну графского дома: - Я рабыня.

- Ты давно в долине, Джин? Мы с тобой одного племени, говорим на одном языке... Земное племя. Как получилось, что никто не слышал о земной колонии такого размера.

- После Приземления прошло почти триста лет, - ответила она. - Я слышала, что мой народ много поколений жил надеждой, что прилетит корабль с Земли и освободит нас от Коринов. Но этого так и не случилось. А кроме корабля, нет возможности ни войти в долину, ни выйти из нее.

Тревер резко глянул на нее.

- Я нашел путь сюда и теперь начинаю об этом жалеть. Но если нет пути, то куда же мы идем?

- Сама не знаю, - сказала Джин, вставая. - Но мой муж пришел этим путем, и другие до него. - Она пошла вперед, и Тревер за ней. Больше некуда было идти.

Жара была невыносимая, и они ползли в тени скал, где только могли. Они страдали от жажды, но воды тут не было. Перед ними маячил невозможно высокий угол пурпурного базальта, но он, казалось, никогда к ним не приблизится.

Большую часть дня они шли по застывшей лаве, но наконец все-таки обогнули угол и вышли в узкий каньон. С обеих сторон поднимались каменные стены, грубые, растрескивающиеся, с малиновыми и белыми прожилками.

Джин и Тревер упали возле ручья. Пока они ползали по мокрому гравию и по-собачьи лакали воду, из-за скал вышли тихо люди и встали за ними, держа в руках каменные топоры.