– Может быть, – улыбнулся мэтр Истран. – Будем считать, что Хаггс был парень по-своему симпатичный, а у королевы Мэри-Клэр, наверное, был своеобразный вкус…

– Опять ты хихикаешь, а вопрос очень даже не праздный. Ты можешь хотя бы примерно прогнозировать, что за наследник получится у твоего короля? Еще один маленький Шеллар, который только к пятнадцати годам научится улыбаться? Или кто-то еще похлеще?

– Я не могу точно сказать, что конкретно получится, – пожал плечами мэтр Истран, – но следующее поколение должно быть без отклонений. Проклятие, висевшее над династией, утратило силу, и это, между прочим, полностью заслуга его величества. Именно он, тот самый Шеллар, которого вы все так опасались, от которого вечно ожидали какого-то зла, вплоть до того, что подозревали в убийстве своей семьи… Не опускай глаза, Ален, ты имел наглость заявлять это прямым текстом… Так вот, именно он, его мужество, его ум и… его преданная любовь смогли снять проклятие и дать надежду, что отныне в королевской семье Ортана снова будут рождаться нормальные здоровые дети. Помнится, кто-то мне не верил, что из Шеллара вообще получится что-то путное…

– Да что вы по любому поводу на меня коситесь? – надулся Ален. – Это не я, это Павлина вечно с тобой спорила.

– Ты ее поддерживал, – напомнил мэтр Истран.

– Ее все поддерживали. Никто не верил, что из этого оловянного солдатика с каменным сердцем и ледяными глазами вырастет нормальный человек. Морриган вообще предлагала его убить…

– Не заводись, – осадил его Хирон, видя, что Морриган уже близка к тому, чтобы попортить коллеге прическу. – Алену просто обидно, что он был не прав, и завидно, что Истран сумел все-таки научить человека, лишенного чувств от рождения, самоотверженно и преданно любить, а он не способен даже отучить своего короля от пьянства.