Я поделился с ним тем немногим, что знал сам, включая описание Пенни Мрака – столь убогое, что для изменения своей внешности ему было бы достаточно просто переобуться.

– И обещай мне, что не будешь связываться с Торнадой. Моя жизнь в последнее время была прекрасной, и я предпочел бы, чтобы та женщина и в дальнейшем не путалась у меня под ногами.

Торнада – это наша общая приятельница. Можно так сказать. Хотя по большей части это ходячее стихийное бедствие, а не женщина. Это самое аморальное существо, какое я когда-либо встречал, социального самосознания в ней не больше, чем у камня. Плюс твердокаменное устремление сделать мир лучшим местом для жизни. Дело только в том, что Торнада абсолютно не имеет представления о том, что в этом мире есть настоящие, живые люди помимо нее самой.

– Не думаю, что с ней могут возникнуть проблемы, Гаррет.

– С ней всегда возникают проблемы.

– У нее роман.

– Что, у Торнады? Она влюблена? В кого-то, кроме самой себя?

– Ну, насчет любви я не знаю… Там завелся такой маленький шустрик, он настолько от нее без ума, что у нее вряд ли есть шансы влипнуть в серьезные неприятности. Он повсюду ходит за ней, и все, что она делает, – он все это записывает. Создает о ней эпическую поэму.

– Что ж, тем лучше! – Все сгодится, пока Торнада не сваливается мне на голову, пытаясь поживиться на всем, что попадется под рукy. Увы, это является ее обычным способом делать дела.

– А сейчас ты куда направляешься? – поинтересовался Плоскомордый.

– К поверенному Чодо. Он настаивал, чтобы я заглянул к нему. Кажется, что-то связанное с завещанием старика.

– Ладно, тогда до вечера.

– Пока! Только не слишком зарывайся там насчет беспристрастного подхода ко всем гостям. Договорились, старина?

Глава 7

До сих пор я ни разу не бывал у Жнеца Темиска. У меня было с ним немного дел даже в те времена, когда его клиент был жизнеспособен. Как я ни ломал себе голову, я не мог представить, что ему могло от меня понадобиться.