Они быстро берут пробы грунта и торопятся к следующему пункту. Слейд походит на мяч, у которого выросли ноги и голова. Его скафандр ярко белеет над лунной поверхностью. Он посвистывает на ходу.

Теперь они приближаются к кратеру Уайлдвуд. Бадо ощущает подъем, громоздкий поддон с инструментами и пробами становится тяжелее. Чтобы камни не вывалились, Бадо приходится прижимать ношу к груди. Двигаться в скафандре нелегко.

– Бадо! — окликает его Слейд, быстро спускаясь по склону. — Ты видишь?

Бадо понимает, что достиг верхней точки на кромке кратера, похожей то ли на песчаную дюну, то ли на выветренную скалу. Внизу, в самом центре кратера, меньше чем в ста ярдах от него красуется станция «Сервейер» — приземистая трехногая конструкция, похожая на осколок их спускаемого аппарата.

Слейд ликует.

– Вот он, как на ладони! Мы у цели, Бадо. Бадо хлопает командира по плечу.

– Поздравляю! — Он знает, что главная задача Слейда — добраться до «Сервейера» и снять с него несколько деталей.

Бадо смотрит на восток — в ту сторону, откуда они пришли. Там, в широкой неглубокой впадине под названием «кратер Тейлор», остался их спускаемый аппарат. Его хочется сравнить с игрушкой на чьей-то гигантской ладони. Он сияет золотом и алюминием, ощетинился антеннами, стыковочными блоками и радарами. От меньшего кратера к большему тянутся, совсем как по земному пляжу, выровненному прибоем, две цепочки следов.

Голову в таком скафандре не запрокинешь, поэтому Бадо откидывается назад всем корпусом и глядит на небо. Оно совершенно черное, без единой звездочки: слишком ярок солнечный свет, слишком неистово отражение света от светло-бурой лунной поверхности. Зато Земля тут как тут — внушительный месяц, вчетверо превосходящий размером полную Луну, какой она видна с Земли.

Нет, одна звезда — яркая, немигающая — все же горит во тьме: это орбитальный модуль «Аполлон», на котором их дожидается Эл Понд.