Первоначально я, конечно, возмущался. Потом понял, что плетью обуха не перешибешь: помочь я им все равно ничем не могу, а вот легенду себе испортить – запросто. Ну не революцию же мне устраивать! Какая уж тут революция – местный рабочий класс такой зашуганный, что даже кашлянуть без разрешения боится. Очень уж их давят. Скажете – как раз пора возмущению народных масс прорваться? Ан нет. Как писал кто-то из классиков, тираны спокойно правят до самой смерти, а троны трещат под их наследниками. Вот если Йог-Сотхотх ослабит нажим, тогда, может, что-то и получится. Только он не ослабит. Ему одних только восстаний шогготов хватит по гроб жизни.

Ну ничего, ничего, если клетку нельзя сломать изнутри, сломаем ее снаружи. Клубятся тучи над Лэнгом, миледи Инанна и та шумерская мумия собирают войска… Скоро, скоро грянет буря! Вот он я, шестирукий буревестник, витаю над умирающим миром!

Хотя к Глубинному Царству я без нужды стараюсь не летать – страшновато. Бурлят воды холодного океана, волнуются, шевелится на дне ужасный Ктулху… Трудновато ему, конечно, проснуться – труднее, чем первого января с тяжелого похмелья. Но он не сдается. А уж когда все-таки пробудится богатырь земли Лэнговской… в общем, желательно придушить его еще сонного.

Смесь пепла, снега и костей постепенно сменилась чистым снегом – я влетел в Ледяное Царство. Здесь нет вулканов, столь обычных для метрополии – их заменяют сотни ледяных игл, называемых Полюсами. Говорят, тут очень холодно – человек, оказавшись здесь, замерзнет почти мгновенно. Средняя температура – шестьдесят пять градусов ниже нуля. По Цельсию, само собой. Хорошо, что я этого не чувствую… хотя штаны уже затвердели.