Невыносимо. Рядом с Малко разговаривали двое пакистанцев.

— That place is the asshole of the world

Вокруг аэропорта такая же кромешная темень. Словно на Луне.

Едва Малко вступил на землю, луч электрического фонарика отыскал его в группе пассажиров, толпившихся у трапа. Темный силуэт направился прямо к нему.

— Мистер Линге? С прибытием. Я — Джим Декстер.

Малко отделился от остальных пассажиров, толпившихся у трапа, и последовал за встречавшим его Джимом Декстером.

— Авария на электростанции?

Джим Декстер рассмеялся. В его смехе звучала горечь человека, который не питает никаких иллюзий.

— Уже больше двух недель. На электростанции нет топлива. А движок в аэропорту вышел из строя. Чинить нечем, негры сперли запчасти. Взлетные полосы обозначаются керосиновыми лампами. Идемте, попробуем получить ваши чемоданы, пока их не украли.

Он вручил негру, который их сопровождал, корешок от талона на багаж Малко, и тот направился к трюму ДС-10.

Асфальт плавился под ногами. Малко и его провожатый вошли в крошечный аэровокзал, освещаемый керосиновыми лампами. Здесь царил невообразимый беспорядок, множество людей суетливо сновали во всех направлениях. Теперь Малко мог рассмотреть шефа местной резидентуры ЦРУ. Он походил на итальянца. Хитрые глаза, очень черные волнистые волосы. На них налетела стая носильщиков, таможенников, попрошаек. Декстеру удалось быстро избавиться от них, раздавая направо и налево бумажки, которые он вытягивал из пачки толщиной в десять сантиметров.

— Доллар стоит сорок леоне, а в обращении только купюры но два и двадцать леоне, — пояснил он Малко. — Чтобы купить блок сигарет, надо иметь при себе целую коробку из-под обуви этих денег...

Влажность была настолько высока, что у Малко пиджак из альпака прилип к рубашке, а рубашка — к телу... Он истекал потом. Появился помощник Джима Декстера, неся на голове чемодан Малко. Втроем они направились к выходу.