— Его предупредили о моем приезде?

— Нет. Я не смог, нет телефона. Но он меня знает. Вы съездите к нему, это в Лакке, примерно в двадцати километрах к югу от города.

— А где Карим Лабаки?

— Возможно, у себя на вилле в Стейшн Хилл.

Высокая влажность и жара постепенно наваливались на Малко. Мозг отказывался работать. Он положил три куска сахара в очень крепкий кофе, надеясь, что это поможет ему встряхнуться. Таинственная Руджи не появилась. Джим Декстер посмотрел в который раз на часы и, смирившись, заявил:

— Увидимся с Руджи завтра... Наверное, возникли трудности.

Африка...

— А позвонить нельзя?

— Телефон не работает. Она живет у черта на куличках, в Кисси, это на западе. Я отвезу вас в отель.

Появилась официантка со счетом. Джим Декстер вынул из дипломата пачку ассигнаций толщиной в пятнадцать сантиметров и положил на стол, не считая. Негритянка взяла пачку, часть протянула Декстеру.

— Оставь себе сдачу.

Девушка положила деньги в карман и, уходя, посмотрела на Малко призывно и дерзко, как это умеют делать только опытные шлюхи тропиков. Ее, вероятно, впечатлили золотистые глаза Малко.

Вставая, Малко почти бессознательно коснулся ее. Под платьем он ощутил упругую грудь. Девушка не отстранилась.

— Come back soon

На улице — темень, хоть глаз выколи. У закрытой заправочной станции стояла вереница автомобилей.

— Они ждут, чтобы заправиться, станция откроется завтра в шесть утра. С горючим большие трудности.

Внезапно перед ним возник оазис света. Шесть этажей, сверкающих неоном: банк «Берклейз». Несокрушимый золотой телец. Джим Декстер сразу же уточнил: