Командир снова искрился улыбкой, отличное расположение духа вновь снизошло на него.

-- Нет, почему же, верю, -- пробормотал я, тупо уставившись в стену. -- Ведь другого мне не остается...

-- Вот и отлично! Верьте! Верьте, Николай Николаевич, дорогой мой! Вы прекрасно проведете время, ручаюсь вам! А пока мы еще в пути, я поведаю вам кое-что о нашей планете. Вам это будет интересно.

-- Валяйте. -- Я устало махнул рукой и плюхнулся в кресло. Я сдался. А что мне еще оставалось делать?..

-- Итак, -- начал командир звездолета, устраиваясь в кресле напротив меня, -- наша цивилизация расположена на далекой планете, которая вашей науке еще неизвестна...

Более часа длился рассказ звездолетчика. Сначала рассеянно, а потом все более и более увлекаясь, внимал я ему. О своей планете, которую командир называл почему-то Большим Колесом, он говорил с упоением и чувством нескрываемой гордости. Выяснилось, что обе планеты -- Земля и Большое Колесо -- практически почти ничем не отличаются друг от друга. Их радиусы, масса, химический состав -- все было схожим, различия заключались лишь в незначительных деталях.

-- И нет в этом ничего удивительного, дорогой Николай Николаевич, -- продолжал командир звездолета. -- Наши звездные системы имеют одинаковую структуру и похожи друг на друга так, как могут быть похожи лишь единоутробные близнецы. И это несмотря на огромное расстояние, отделяющее их. Наше Солнце имеет девять планет, и Большое Колесо, так же как и ваша Земля, вращается по третьей от центра орбите. Наш год равен вашему, а сутки -- вашим суткам. Ну а теперь скажите мне, дорогой Николай Николаевич, почему наши планеты, столь похожие с точки зрения астрономической науки, должны отличаться по другим параметрам? Не знаете? Так я вам отвечу. Они не только не должны отличаться, они обязаны быть одинаковыми.