Мой затуманенный алкоголем мозг соображал туго. Я замотал головой, пытаясь стряхнуть дурман. Сознание того, что я, старший инженер Нерусский Н.Н., опережая свет, несусь сквозь звездные миры навстречу неизвестности, леденило душу. Хорошее настроение мигом улетучилось.
— Опять вы за свое, — укоризненно покачал головой Арнольд Иванович. — Я же обещал вам: все будет хорошо. Или вы мне не верите?
— Я домой хочу, — жалобно, словно заблудившийся щенок, заскулил я.
— Да будете вы дома. Клянусь. Всему свое время.
Я тупо уставился в пустую тарелку. Командир порывисто поднялся.
— Вставайте! Пора собираться.
Через полчаса корабль плавно опустился на родной космодром.
Глава 4
Большое Колесо встретило нас духотой. И полным невниманием к моей персоне. По простоте душевной я рассчитывал, что будут толпы восторженных инопланетян, приветственные речи, обилие цветов, шампанское. Но ничего подобного. Все было обыденно и подозрительно по-земному.
Космодром представлял собой огромное поле, на котором, словно гигантские шахматные фигуры, стояли космические аппараты. Группки существ, описывать которых я не берусь, занимали места в готовых к отлету кораблях или, наоборот, выгружались из только что прибывших. Рядом с нашим звездолетом плюхнулась, подняв столб пыли, старая космическая колымага. Из нее вытекли три бесформенных существа и, хлюпая по взлетно-посадочной полосе, подались в сторону небольшого серого здания у кромки летного поля. Туда же повел меня Арнольд Иванович, не менее моего озадаченный отсутствием встречающих. Он поминутно извинялся, озираясь по сторонам.
— Хороши, нечего сказать, — ворчал он. — Не могли встречу организовать. «Дело первостепенной важности!» — передразнил он кого-то. — Хорошо дело и хороша важность, коли никто даже пальцем не шевельнул…