Михаил в ответ порывисто поднялся с кресла и заходил по комнате, в одних трусах. Огромная тень плелась за ним, перескакивая с предмета на предмет, едва успевая за своим хозяином.

– Да как ты можешь так говорить! – запричитал он, нервно обхватив ладонью свой загривок. – Человек сделал титаническую работу!

– Тише, Бога ради! – устало произнес Сергей.

Мишка снова сел на кресло. Он вытянулся в сторону брата и сказал, безумно тараща на него глаза:

– Сережа, мне страшно! Они все исчезли! Горбаткин и Гуля Калыгулова... Я так и не смог выяснить, куда они подевались! Деревянкин Дима, Носов Вадим, Асаналиев Баян – где они все?! Вся его команда, которая участвовала в разработке его теории – они все исчезли!

– Миша, постой! Не заводись! – Сергей поднял руку, словно загораживаясь от яркого солнца. Миша подчинился и замолчал, но его мелко трясло, как от лихорадки.

– Возможно, ты прав! Возможно, прав твой Горбаткин... Давай это обсудим завтра?

Мишка глянул на него странно, словно увидел на его лице какой-то дефект и вдруг расплылся в широкой безумной улыбке.

– Завтра не будет! – совершенно картинно прошептал он, будто мастерски исполняя роль из какого-нибудь спектакля.

– Завтра не бу-удет! – повторил он громко.

– Да, тише ты! Детей разбудишь! – зашипел на него Сергей. Он запаниковал и уже подумывал позвонить Марату, на случай, если брат начнет буйствовать. – Если дети проснуться, Мина нас убьет!

– Да, убью, – услышал он спокойный голос.

Мина смотрела на них, приоткрыв дверь, с распущенными волосами, в одной комбинации.

– Миш, ради Бога, можно потише?! – сердито прошептала она. Перевела взгляд на Сергея:

– Сережа, ну что ты, в самом деле! Час ночи уже!