— Мистер Эркухарт нужен мне сейчас, а не в четверг.

Ранди терпеть не могла полицейских участков, потому что в них всегда полным-полно полицейских, а все полицейские, по ее мнению, делились на три категории: те, кто видит в ней только привлекательную женщину, с которой не грех и позаигрывать; те, кто знает ее как частного детектива и недолюбливает за это; и, наконец, третьи, полицейские постарше, считающие ее маленькой дочкой своего погибшего коллеги и всем сердцем сочувствующие ей. Полицейские первого и второго типа раздражали Ранди, а третьего — приводили в ярость.

Секретарша, недовольно наморщив носик, твердо заявила:

— Как я уже объяснила, сегодня он вас не примет.

— Хотя бы доложите ему, что я пришла, — попросила Ранди.

— Он занят и не велел его беспокоить.

— Раз вы не желаете сообщить мистеру Эркухарту о моем визите, то я сделаю это за вас.

Ранди стремительно обогнула стол секретарши.

— Вам не полагается здесь находиться! — закричала та, но Ранди рывком распахнула дверь и быстро вошла в кабинет начальника городской полиции.

За необъятным письменным столом сидели двое: сам Джозеф Эркухарт и коронер. Оба вскинулись на стук двери.

Высокому плечистому Эркухарту недавно перевалило за шестьдесят; его волосы хотя и заметно поредели, но не утратили своего огненно-рыжего цвета, брови же давно стали седыми.

— Какого черта?.. — начал он.

— Извините, но секретарша препятствовала нашей встрече, — нахально сказала Ранди.

— Юная леди, да будет тебе известно, что здесь не детский сад, а кабинет начальника полиции, и никому не позволено столь бесцеремонно в него вторгаться, — прогремел Эркухарт, поднимаясь из-за стола. — Хотя я готов простить тебя, если ты, конечно, немедленно подойдешь и крепко обнимешь своего дядюшку Джо.

Ранди, улыбаясь, прошла по шкуре огромного медведя, расстеленной вместо ковра, обняла Эркухарта и прижалась щекой к его груди. Наконец Ранди отстранилась и произнесла: