Забыв об усталости, Норман помчался к Монике.

«Хотя теперь я и не слон, ноя еще на что-то гожусь», — подумал Майк, отворяя дверь комнатушки.

«Но что это!» — Майк замер на пороге с поднятой ногой, как человечек, нарисованный на указателе пешеходного порога — в постели, облапав секретаршу, лежал Морли.

— Извини, Майк, но это было ее условием, — смущенно сказал шеф.

— Красиво жить не запретишь, — ответил Майк, смахнув со своего носа хохочущего желтого чертика. — Позволю себе заметить, сэр, женщина, отдающаяся мистеру А, для того, чтобы позлить мистера Б, все-таки в большей мере принадлежит последнему…

— Похотливые ублюдки! Грязное мужичье! Вон отсюда! — Моника вскочила с постели и, раздавая налево и направо оплеухи, вытолкала за дверь обоих мужчин.

— Сэр, я все-таки в лучшем положении: на мне брюки, а ваши — там, — как бы между прочим сказал Майк.