Принц положил шкатулку на стеклянный столик, сбросил плащ, отстегнул пояс с мечом и, вздохнув, сел. Из спальни вприпрыжку выбежал грифон, клацая когтями по выложенному мозаикой полу, и положил голову Рикарду на колени, желая, чтобы тот почесал его поросший перьями загривок. По комнате также бродил кругами огромный лоснящийся черный кот. Рикард не обратил на него никакого внимания. Дворец кишмя кишел всевозможными тварями: кошками, собаками, обезьянами, белками, белыми мышами, тиграми и т.д. У каждой фрейлины был хотя бы один единорог, каждый придворный окружал себя по меньшей мере дюжиной любимцев. У принца имелся лишь один-единственный грифон, неразговорчивый друг, который всегда сражался с ним бок о бок. Рикард потрепал грифона по загривку, то и дело поглядывая вниз, дабы встретиться с полным любви взором золотистых глаз своего любимца. Принца неудержимо притягивала стоящая на столике шкатулка. Он не мог запереть ее, поскольку к ней не было ключа.

Где-то вдалеке играла тихая музыка. Ее беспечные переливы напоминали журчание фонтана.

Принц взглянул на настенные часы; причудливой формы конструкцию, украшенную золотистой и синей эмалью. Они показывали без десяти десять: пора вставать, надевать меч, созывать своих людей и отправляться на войну. Изгнанник вернулся и предъявляет права на трон, свое наследство, грозя взять город приступом. Его черные галеры необходимо вновь отбросить прочь от берега. Братья должны будут сразиться, одному из них суждено умереть, и город будет спасен. Рикард приподнялся, и грифон тут же вскочил, виляя хвостом, готовый к схватке.

— Ладно, пошли, — сказал ему юноша, но в голосе принца не было прежней теплоты. Он поднял меч в усыпанных жемчугом ножнах и пристегнул его к поясу. Грифон застонал от удовольствия и потерся клювом о ладонь принца. Тот не ответил на ласку, поскольку устал и был не в настроении. Он страстно желал чего-то… Но вот чего? Послушать еще внезапно прекратившуюся музыку, поговорить с братом перед тем, как сразиться с ним… Рикард не знал.