И для этого надо было только поддерживать иллюзию относительно Скэта Минду. А значит, убеждать паству, что иллюзия - это реальность! Сколько у нас обращенных, Больши? Ах, извини: сколько у нас было обращенных? Несколько сотен тысяч как минимум! Рассеянных по всему миру, но совершавших регулярные паломничества в убежище, чтобы выслушать несколько драгоценных слов мудреца и заплатить за это неплохие денежки!.. - Он набрал побольше воздуха. - И ты мог подумать хоть секунду, что, когда ты сообщишь этим людям, как мы вытягивали из них денежки за то, чтобы выслушать слова птички - не важно, чьи именно слова она им щебетала, - они быстренько это простят? Ты надеялся, что они скажут:

"Ах, ничего, Больши, мы все понимаем!" - и разъедутся по домам? Ну не смешно ли? Надо полагать, Скэт Минду сейчас просто гогочет над нами! Больши покачал головой с белым хохолком:

- Он недоволен тем, сколь малопочтительно о нем говорят, понял?

Хоррис поджал губы;

- Передай ему, пожалуйста, от меня, Больши, что мне наплевать!

- А почему бы тебе самому не сказать ему об этом, Хоррис?

- Что?!

Больши нахально сверкнул глазками:

- Скажи ему сам. Он стоит сейчас позади тебя. Хоррис иронически расхохотался:

- Ты сбрендил, Больши. На самом деле.

- Вот как? Да неужели? - Больши распушил перья. - Так посмотри, Хоррис. Ну же, посмотри!

Хоррис почувствовал, как по спине у него пробежал холодок. Больши говорил весьма уверенно. Большой особняк вдруг показался немыслимо огромным, а тишина, в которую он погрузился, - просто безграничной. Бурные вопли приближавшейся толпы исчезли, словно были проглочены целиком. Хоррису показалось, что он ощущает чье-то тайное присутствие, сгустившееся за его спиной из эфира: неясная тень оформилась и с мрачной настойчивостью прошептала: "Повернись, Хоррис, повернись!"