И тут в проблеске памяти имя пугала открылось Хэну. Скинкснекс. Вот оно что! Но ведь этот Скинкснекс был приговорен к пожизненному заточению в Императорской Исправительной колонии, только чудом избежав смертного приговора. Вопрос уже готов был соскочить с языка, когда железный кулак Скинкснекса опустился на голову Хэна, отправляя его в продолжительное путешествие по мирам бессознательного Кессел. Спайсы. Сражаясь с кошмарами, он мало-помалу приходил в себя.

Хэн никогда не скрывал своей гордости, говоря о том рекордно коротком сроке, в который «Соколу» удалось однажды достичь Кесселла. Однако он редко касался в своих рассказах того обстоятельства, что тайник под верхней палубой был битком набит специями и он, Хэн, удирал от патрульных кораблей Имперской таможни.

Хэн получил груз, как обычно, от Моруса Дула, ящероподобного существа, снимавшего сливки с продажи специй на черном рынке, благополучно минуя имперскую систему налогообложения. Дул занимал какой-то чиновничий пост в гигантском тюремно-промышленном комплексе Империи, из которого вышел почти весь трудолюбивый и неугомонный класс контрабандистов. Империя держала строгий контроль над производством спайсов, однако Дулу удалось организовать собственную лавчонку для сбыта товара налево. Хэн Соло с Чубаккой работали у него в качестве бригады дальнобойщиков, пронося товар под бдительным недреманным оком патрульной службы и распределяя его по каналам, контролируемым гангстерами вроде Джаббы Хатта.

Однако Морус Дул имел дурную привычку обдирать и всячески надувать своих сотрудников, пока в конце концов не решал, что срубит больший барыш, сдав их властям, Хэну, конечно, никогда бы не удалось этого доказать, но он сильно подозревал, что сам Дул и науськал патрульные корабли на «Сокола», едва успевшего взлететь с Кессела, так как только Дул располагал точными координатами того места, где Хэн планировал войти в гиперпространство.

Хэн был вынужден сбросить груз глиттерстима в тот момент, когда таможенники уже собирались взять его на абордаж.