Сначала все шло самым обычным порядком. Рабочие разбирали стены, чистили внутреннее пространство и складывали все в кузов небольшого грузовичка. Где-то ближе к вечеру грузовичок, неловко развернувшись, задел угол и дряхлая кирпичная кладка обрушилась, открыв довольно большое отверстие. Из дыры наружу метнулось что-то небольшое, вероятно, голубь. Несколько смельчаков вооружились фонариками и полезли посмотреть, что там. О них уже начали беспокоиться, когда в проломе показалась удивленная и счастливая физиономия одного из них.

– Ой, блин, там такое!! Давайте сюда!

Остальные, недолго думая, расширили проход до размеров обычной двери и последовали за ними. Удивлению не было предела.

– Ох, мать честная! Да тут настоящая квартира!

– Гляньте, кресло-качалка как за границей, а книг-то сколько, за всю жизнь, небось, не перечитаешь!

– И чего эта интеллигенция под землю прячется, не живется им как нормальным людям!

Книги оказались какие-то неправильные. Нет, чтобы, там, детективчик или, на худой конец, про любовь чего-нибудь, так ведь, толстые, заумные, а половина вообще написана не по-русски.

В помещении было еще много необычного прямо как в музее или в антикварном салоне – громадный письменный стол со старинными чернильницами и множеством листов, исписанных перьевой ручкой, низенькая тахта, накрытая темно-малиновым ковром, над которой висела картина, изображающая морской пейзаж в ослепительно солнечный день. Электрического освещения здесь, явно, не имелось, потому что на письменном столе стоял старинный бронзовый канделябр с тремя свечками, которые, похоже, зажигали совсем недавно. Здесь же, к великой радости пришедших, обнаружилось полбутылки дорогущего коньяка, которые тут же были выпиты прямо из горла "за здоровье хозяина дома". На стоящую рядом рюмку, на донышке которой что-то плескалось, посмотрели с великим сожалением ("и пить-то они не умеют, совсем к жизни не приспособленные").

– А где же хозяин-то? Может, пойдем отсюда, а то, как придет, да спросит, что это мы к нему вломились.