- А как же она двигается? - спросили его.

Вот этого Квазик показать не мог. <Черепашка> лежала на полу, поблескивая панцирем, загадочная и неподвижная. Интерес к ней, а заодно и к лектору начал быстро угасать.

- Жаль, что ты не сможешь ее запустить, - произнесла Космика роковые слова.

Квазик самолюбиво насупился и достал отвертку.

Он оказался более сообразительным, нежели о нем думал отец. Да еще ему и повезло: он сразу наткнулся на место, где в схеме должны были стоять предохранители. Все остальное уже не составляло проблемы, и <черепашка> зашевелила клешней.

Квазик включил автоуправление, <черепашка> поползла по проходу, мягко шелестя гусеницами. Потом остановилась, затряслась, заскрежетала... и когда поползла дальше, на пластиковом полу все увидели круглое отверстие. <Черепашка> взяла первую пробу.

Зрители восторженно загудели. Правда, кое-кто усомнился в благоразумии такого экспериментирования... но это же так интересно! <Черепашка> остановилась у ножки стола, попробовала отщипнуть от него клешней, а затем выдвинула свой алмазный бур. Посыпались опилки, и стол осел набок:

- Ух ты! - восхитилась Космика.

Мотор у <черепашки> загудел, набирая обороты. Она вдруг развернулась и ухватилась клешней за носок сандалии Космики.

- Ой-ой! - закричала Космика. - Палец, палец!..

Она дрыгнула ногой, <черепашка> сорвалась, ударилась о ножку стола, загудела еще сильнее и стремглав кинулась по проходу. Ребята быстренько забрались на столы. Квазик бросился было выключить разогнавшуюся <черепашку>, но та проскочила и выкатилась в коридор.

Виктория Олеговна работала в школе уборщицей. Она, по мнения Алешкина, была второй достопримечательностью школы. Мало того что она оказалась отличной уборщицей, она была еще и кандидатом медицинских наук, лауреатом премии имени Пирогова, научным сотрудником лаборатории термозащиты. В школу она пришла для разгрузки, отдохнуть от напряженной научной работы, и в лаборатории с нетерпением ожидали ее возвращения.