День за днем мой серый конь неутомимо отмерял километры Золотого тракта. До Местальгора было около полутора недель езды по бескрайним степям юго-запада, но, несмотря на пыль и жару, путешествие не показалось мне утомительным. Я всегда любил дальние дороги, они как-то очищают душу, стирают все лишнее; перед тобой только длинная лента тракта, и кроме нее нет ничего: ни прошлого, которое надо помнить, ни будущего, которое надо прожить. Ты ничем не отличаешься от других редких странников; встречающимся тебе на пути людям все равно, кто ты, но они всегда готовы и выслушать, и рассказать о себе. Под ясным звездным небом или под закопченными сводами придорожного трактира всегда можно услышать множество странных и трагичных историй. На тебя же никогда не обратят внимания больше, чем ты сам того захочешь... Потом кто-нибудь все равно заметит, что ты - Человек, тогда все почтительно замолкнут и разойдутся, а ты останешься сидеть один, угрюмый, помнящий былое великолепие, несущий гордую славу Людей Земли... Слишком тяжела эта ноша, трудно жить и помнить, что впереди вечность: бесконечная череда пустых лет, и только потом смерть - глупая, по собственной неосторожности, или подлая, от чьей-нибудь руки. Да, единственное, что еще может случиться, - это твоя смерть... А утром неяркое солнце разгонит ночные думы, и ты опять поскачешь по какому-нибудь выдуманному делу, проклиная себя за то, что дал волю чувствам.

Итак, за одиннадцать дней я проехал весь Золотой тракт, идущий вдоль низкого берега Местали почти через всю страну. В Местальгоре царил порядок: многочисленные войска патрулировали границы, в городах и на полях кипела работа, страна торговала, служила, осваивала новые земли и плела заговоры. Несколько раз мне встречались едущие на встречу вооруженные отряды, которые иногда меня останавливали и расспрашивали о цели путешествия.