Карс посмотрел на него и, повинуясь старой привычке, сдержал обуревавший его гнев.

– О чем? – спросил он.

Богхаз сказал:

– Я – человек открытый и прямой. Я спас тебя от банды, потому что хотел тебя ограбить.

Карс увидел, что его украшенные драгоценностями пояс и воротник перешли к Богхазу, нацепившему на шею и то и другое. Валкисианин поднял руку и с любовью их погладил.

– Потом, – продолжал он, – я повнимательнее присмотрелся… вот к этому. – Он кивнул в сторону шпаги, что стояла прислоненная к табурету, блестя в свете лампы. – Многие люди, глядя на нее, сказали бы только, что это красивая шпага. Но я, Богхаз, человек образованный. Я узнал символы над лезвием.

Он подался вперед.

– Где ты ее взял?

Осторожность быстро подсказала Карсу ложный ответ.

– Я купил ее у торговца.

Богхаз покачал головой.

– Нет, это не так. На лезвии заметны следы коррозии, а в резные впадины набилась пыль. Эфес не полировался. В таком виде ее не стал бы продавать ни один торговец. Нет, мой друг, эта шпага долгое время пролежала в темноте в могиле того, кто ею владел – в гробнице Рианона.

Карс лежал неподвижно, глядя на Богхаза. То, что он видел не нравилось ему.

Лицо у валкисианина было доброе и веселое. С таким хорошо было посидеть за бутылкой вина. Он мог любить человека, как брата, и искренне сожалеть о том, что тому нужно вырезать сердце из груди.

Карс скрыл свое впечатление за угрюмым безразличием.

– Насколько мне известно, эта шпага могла бы принадлежать Рианону. Но я купил ее у торговца.

Рот Богхаза, маленький и розовый, скривился и он покачал головой.

Протянув руку, он потеребил Карса по щеке.

– Пожалуйста, не надо мне лгать, друг мой. Я очень расстраиваюсь, когда слышу ложь.

– Я не лгу, – сказал Карс. – Послушай… У тебя шпага. У тебя мои украшения. Ты получил все, что мог у меня забрать. Так будь же доволен.