- Не, дяденька, не больно, если в хорошем салоне. Хотите, адресок дам?

- Спасибо, обязательно запишу, - от всего сердца заверил Олег Иваныч. Только попозже. Лесовоз-то куда делся?

- Да куда ему деться, - махнул рукой Дрюня. - На повертку, кажись, свернул. Ну да, точно. Номер? Ну, блин... Конечно, не заметил, на кой мне номера ихние. Да, "Урал", "Урал", точно! Что я, машин не знаю? Подробнее... А подробнее, может, Колька расскажет, брательник двоюродный. Я-то на мопеде ехал, а он сзади, на велике. Вот, должен бы уже подъехать...

Брательник на велике. А, случайно, велик у него не "Десна" с синей рамой? Ах, да? И еще с блестящими крыльями... А он, вообще, в каком состоянии, брательник-то?

- Да трезвый, - уверил Дрюня, сам подобного впечатления отнюдь не производивший. - Это я бутылку пива с утра выпил, с бабкой. Ну там, в обед бражки... И все... А у Кольки-то мать вчера приехала. Строгая. Даже в клуб его еле отпустила. Он ведь помладше меня будет.

На крыльце появился Рощин. Вышел из вертепа, живой и невредимый. Только помятый малость да на шее губная помада.

Заработал, затрещал двигатель, участковый махнул ребятам, и, быстро набрав скорость, мотоцикл скрылся из виду.

У того поворота, с велосипедом, Рощин аккуратно притормозил, не глуша двигатель.

Ну вот он, велик. Лежит и правда как-то неестественно. Словно слетел с дороги, отброшенный неведомой силой. Впрочем, такой ли уж неведомой? Олег напрягся. За свою жизнь он повидал немало подобных ситуаций. Особенно когда выпадало дежурство в составе следственно-оперативной группы. Ну да, вот и след шин. А удар наверняка был мощным. Тогда где же велосипедист? Ушел домой, испугался? Нет... Олег Иваныч с сомнением покачал головой. Нет, Игорек! Не ушел и не испугался. Слишком силен удар. Наверняка во-он в тех кустах... Ну-ка, сходим, проверим...