- Тамбовский волк тебе батюшка, - пробормотал вдогонку Олег Иваныч.

Однако надо было что-то решать. Было бы крайне неосторожно выходить на открытое пространство, подставляясь под возможные стрелы. Но другого способа покинуть не слишком гостеприимную избу Олег не видел. Что ж, остается ограда. Не такая уж она и высокая.

Выскочив из избы, Олег Иваныч резко свернул в сторону и одним махом перевалил через двухметровые колья ограды, краем глаза увидев изумленные лица маячивших у ворот "шильников".

Он приземлился не очень удачно, чуть было не подвернул ногу сказывалась кабинетная жизнь и отсутствие ежедневных тренировок. Присев, он осторожно ощупал голень. Болит, но особых проблем нет. Значит, так...

- Сиди где сидишь! - раздался чуть в стороне грубый насмешливый голос, и в поваленный ствол дерева напротив Олега впилась стрела.

Они оказались умнее, чем он думал, эти бомжы-психи. Выставили окружение по всему периметру усадьбы. Но как же прошел Гришаня? Повезло? А может, и не прошел, может, лежит, связанный, на днище большой лодки, куда сейчас вели Олега.

Сидевший у костра Тимоха Рысь ощерил зубы - увидел пойманного, погладил сломанную руку и сделал повелительный жест ушкуйникам. Без лишних слов те подтащили пленника ближе к лодке и вопросительно уставились на своего предводителя.

- Вяжи к дереву, - махнул рукой тот. - Опосля поговорим. Пока пообедаем.

Высокая корявая береза с толстым стволом и кривыми, почерневшими от времени ветками росла у самой тропки. Сноровисто привязав Олега, ушкуйники отошли к костру, оставив сторожа - молодого парня с круглым, словно бы вечно удивленным лицом и рачьими, навыкат, глазами.

- У, вражина! - сторож беззлобно пнул пленника ногой в живот и, найдя место посуше, уселся на траву.

Олег Иваныч попытался пошевелить руками - куда там, вязали на совесть! Интересно, что им от него надо, если, конечно, отмести мотивы личной мести.