Доспать на катере не удалось. Помешал вовсе не утренний туман. Вспомнилась странная, если не сказать больше беседа с высоким начальником. Еще бы… виданное ли дело, командировка в Москву, да еще в управление. И не просто, а…

Выкинуть из головы неуместные рассуждения не удалось, но и придумать логически правдоподобную версию, тоже.

Скорый поезд Владивосток-Москва отправляется с первого пути нижней платформы. – Оповестил неразборчивый голос диктора. Капитан легко запрыгнул поднялся на ступеньку и шагнул в пропахшее горелым углем от закипающего титана вагон. Место номер…,- Теперь этот мирок на долгие восемь суток станет его временным домом. – Посетовал пассажир на скаредность флотских финансистов. – Казалось, что проще, выписать проездные документы на самолет? Однако, нет. И плевать сонному прапору из ВОСО, что командировочное удостоверение подписал сам Начальник штаба. Дурдом. Одно слово – перестройка.

Уложив легкую сумку на верхнюю полку, вздохнул, и двинулся в сторону расположенного в конце вагона клозета. – Пока никого нет, можно и переодеться. – Рассудил бывалый путешественник.

Когда он вернулся обратно, уже в старом, видавшем виды спортивном костюме, обнаружил, что в купе уже появился сосед.

Мужичок, не утруждая себя условностями, уже раскладывал на столике немудреную снедь.

– Будем знакомы. – Протянул он Сергею влажную ладонь. – Игнат.

Круглов ответно представился и неприметно вздохнул. – Тип известный. Пролетарий, без особого интеллекта, но уверенный в своем праве судить всех и обо всем.

Хорошо, если подобный субъект проедет пару сотен километров, и сойдет на неизвестной станции, оставив после себя лишь газетный мусор. Куда хуже, если он едет далеко… Тогда придется слушать его треп всю дорогу.

На посошок, за знакомство… – Хитро глянул сосед на отвернувшегося к окну Сергея, едва поезд отошел от перрона.

– Не пью. – Хотел буркнуть капитан, однако произнес совсем не то, что собирался. – Святое дело. – Вырвалось у него, как показалось даже против его воли.