- Это точно, - ухмыльнулся Корм. - В следующем году мы отберем у Восточных приз в песенном состязании.

Марис взглянула на него, почувствовав прилив раздражения: "Как же они ничего не понимают?!"

Из другого конца зала Колль смотрел на нее, волнуясь, спрашивая взглядом. Марис одобрительно улыбнулась, и он гордо засиял: песня удалась. И тогда Марис решилась...

Но тут, не дав Коллю начать следующую песню, вперед вышел Расе.

- А теперь,-произнес он,-пора заняться серьезным делом. Мы пели и разговаривали, мы сидели в тепле за отличным столом, но снаружи нас ждут ветры.

Все, как и положено, прислушались с серьезными лицами, и шум ветра, забытый за веселым праздником, казалось, заполнил зал. Марис тоже прислушалась и вздрогнула.

- Крылья!- приказал ее отец.

Правитель шагнул к нему, бережно, как святыню, держа в руках сложенные крылья, и начал ритуальную речь:

- Долго эти крылья служили нашему Эмберли, связывая нас с другими жителями Гавани Ветров. Многие поколения, начиная еще со Звездоплавателей. Марион, дочь Звездоплавателя, летала на них, и ее дочь Джери, и ее сын Джон, и Анни, и Флан, и Денис, - перечисление имен продолжалось долго - и, наконец, Расе и его дочь Марис.

Тут по залу прокатился сдержанный ропот: Правитель несколько нарушил традицию - поскольку Марис не была из рода летателей, ее имя называть не следовало.

- Теперь, - продолжал Правитель, - эти крылья примет молодой Колль. Я, как многие Правители до меня, касаюсь сейчас этих крыльев, чтобы принести им удачу. Ибо через меня все жители Малого Эмберли касаются этих крыльев и моим голосом они говорят: "Летай достойно, Колль!"

Правитель вручил сложенные крылья Рассу, и тот повернулся к Коллю. Колль стоял - такой вдруг маленький, такой бледный. Гитара лежала у его ног.