Инструктаж подходил к концу. Десантники изучили культуру, язык и особенности военной подготовки грунмарцев. Они до седьмого пота тренировались на макетах в стремительном захвате основных телецентров, сводя условные потери в условных боях к минимуму. Тренировки проводились с применением обычного земного оружия, и боевые костюмы не подвели ни разу, выдерживая выстрел из автомата в упор. Операция обещала быть успешной и стремительной. Настроение солдат с каждым днем повышалось, а неприятные ощущения, связанные с последним вечером перед инструктажем, почти стерлись из памяти.

Взвод Орлова отрабатывал технику прикрытия ударной группы второго взвода первой роты. Кровицкий командовал настолько грамотно, что прикрывать особо было нечего. Захват макета регионального телецентра каждый раз укладывался в четыре минуты, и пока никто этот рекорд побить не смог.

– Все дело в гениальности полководца, – артистично потупив глаза, хвастался Кровицкий. – Да и ребята у меня как на подбор – спирт с молоком!

– Меня всегда поражала твоя завидная скромность, – рассмеялся Сергей.

– Чего нет, того нет. Скромность – это скудость ума, господин майор, или светобоязнь, если выражаться помягче, – капитан самодовольно улыбнулся, – «пулю» вечерком распишем?

– Я Смиту партию в покер обещал, – Сергей, извиняясь, развел руками.

– Смотри, обчистит тебя наймит мирового империализма.

– А ты будто не обчистишь? – Орлов снова рассмеялся.

– Ну, я-то свой, значит, утечки капиталов за границу не произойдет, и экономика страны не пошатнется! Где твое макроэкономическое мышление? – Кровицкий выразительно постучал по шлему.

– И только отзвук пустоты, – нараспев продекламировал Дуэро, появляясь из-за спины капитана. – Командир, вас вызывает ротный.

– Спасибо, – Сергей отдал испанцу автомат и поправил униформу, – Палыч, ты меня на завтра имей в виду.

– Договорились, – Кровицкий махнул рукой и пошел к своему взводу.

В каюте ротного, кроме него самого, присутствовали командиры второй и третьей рот, а также комбат и Волкофф. Сергей сразу же сообразил, в чем дело, и приготовился к головомойке. Но комбат начал с другого.