Озера звенели от нашего крика. Хорошие проточные озера, цвета синих бериллов. Они были в километре от "Радуги", и мы пробили к ним тропку голыми пятками. Летали на океан, там тоже было неплохо. Но там не погрузишься по плечи, без камня в руках не нырнешь в глубину, не устанешь и не утонешь. Хорошо, но, как говорили в древности, - не тот табак: Озера же были чисты, прохладны - земные высокогорные зеркала, другого названия не придумаешь. Мы плескались в них и орали от удовольствия. Нас поймут космонавты, на годы заключенные в кораблях, обитатели лунных и марсианских поселков: Мы гонялись друг за другом в воде, брызгались, ныряли, играли в пятнашки. И дышали, дышали железным вирусом.

Десять дней мы блаженствовали. За это время и работа на планете продвинулась. Облетели четыре материка Милены, побывали в батискафе на океанском дне. Взяли геологические, биологические, гидрологические пробы и образцы. Главное - жили раскованно, без скафандров, под солнцем и облаками.

Беда нагрянула неожиданно.

Завтракали. Был редкий завтрак, когда вся команда - четырнадцать человек - оказалась в сборе. Накануне из южной полярной области вернулись Сытин и Лазарев и теперь рассказывали о виденном.

- Царство осени, постепенно переходящее в царство зимы, - характеризовал обстановку Сытин.

Один из материков Милены - условно его назвали Южным - подходил к полюсу. Речь шла о границе ледовой зоны.

- А потом сразу - ледники на суше и айсберги в море:

Рассказывал Сытин неинтересно, с паузами, будто выдавливал из себя слова. Поэтому, наверное, слушали его рассеянно. Может быть, рассказчик устал в нелегкой экспедиции, может быть, у слушателей не было настроения, - за бортом "Радуги" начинался серый дождливый день. Так и вел Сытин - от слова к слову. Остальные неторопливо прихлебывали кофе.

Вдруг астронавигатор Кольцов сказал:

- Друзья, мне сегодня снился странный сон:

Все взгляды остановились на нем. Казалось, случайная фраза навигатора заинтересовала команду.