— А это… — рискнул вякнуть Айрвен, — король Хруббет… На него никак нельзя повлиять? Ну, как жена на мужа? Ну, ты понимаешь!

Ответом была пощечина — быстрая, хлесткая. Не слишком больная, но обидная до невозможности.

— Ты, сопляк, забываешься! У меня честь! И королевская, и женская. И чтобы я легла на ложе с этим жирным, этим вонючим, этим потным?! За кого ты меня принимаешь! Он старше меня на тридцать лет! У него гнилые зубы! У него между пальцев ног шерсть растет! Впрочем, все это неважно, — помолчав, добавила она. — Ложа все равно никакого не будет. Хруббет очень опасается за свою жизнь. Так что ни удушить его в постели, ни кольнуть отравленной булавкой… Меня будут держать взаперти, в каком-нибудь из его замков. Ковры там ткать, гладью вышивать… Ненавижу! Между прочим, ему женщины вообще по лютне. У него, извращенца, другая склонность.

— Какая? — холодея, спросил Айрвен. Хотя и так было понятно.

— Хуже, чем ты думаешь! — усмехнулась принцесса. — Свиньи! Розовые такие симпатичные хрюшки. Он с ними балуется, об этом вся Налангия знает, сколько бы он народу на кол ни сажал, а разговоры идут.

— Значит, ты не хочешь отсюда уходить? — спросил Айрвен. — Всю жизнь собираешься просидеть здесь, в драконьей норе? Разве это выход?

— А что я могу поделать? — пожала плечами принцесса. — Пока, во всяком случае, лучше, чем было. А потом еще что-нибудь придумается.

— Все на самом деле куда хуже, прекрасная Катарена! — раздался вдруг третий голос, низкий, хриплый и тяжелый как чугун. — Тебе опасно здесь оставаться.

Айрвен вздрогнул и засуетился, нащупывая отложенный куда-то в сторону меч. Страшно было поднять голову — но он пересилил себя. Повернулся, взглянул.

Говорил дракон.