Проволока натянулась и загудела. Но рация не работала и при усиленной антенне. Манипуляции с компасом также закончились безрезультатно. Стрелка мелко дрожала и царапала донышко инструмента. Мотор выключили. Слышнее стал вой метели. Ущелье напоминало трубу, по которой продували осатаневший холодный воздух. Генри задумчиво сидел над картой. - Мы отклонились к востоку, - сказал он. - Значит, вот здесь, - Алексей ткнул пальцем в северную часть гор у Земли Виктории. Перселл заглянул через плечо Джоя. - На пути к советской станции "Восток", - с каким-то странным подтекстом сказал он. Генри покраснел. Веско сказал: - Если вы замолчите, Перселл, то сделаете большое одолжение. Джой коротко засмеялся. - Прежде всего повезло вам, Перселл. Вы попали в такую ситуацию, которую не придумает и Жорж Сименон. Не пугайтесь. - О да! Я в восторге... - Оставьте ваш юмор на послеобеденное время, Перселл, - пробурчал Генри, не отрываясь от карты. За стенами выла метель. Сквозь вой ветра изредка прорывался какой-то странный гул. Похоже, что у них под ногами грохотала земля, нет, не земля, а лед, придавивший землю. Взгляды, которыми обменивались полярники, выражали удивление, любопытство, но не страх. Джой сидел верхом на стуле, без шапки. Светлые волнистые волосы перепутались, лицо горело от возбуждения. Снова прогромыхало внизу. В кузове притихли. Генри сказал: - Мы устали, измучены. Нам нужно как следует выспаться, а потом взять ломы, сбить порог позади машины и выехать из ущелья. - А потом? - спросил Джой. - Да, потом? - повторил Перселл. - Стоять и ждать, пока утихнет метель и наладится связь. Они вяло поели и легли, прислушиваясь к завыванию метели. Ураган гудел на одной высокой бесконечной ноте, словно изливал горе, накопившееся над лютым материком за десять тысяч лет. Звенела сбоку какая-то железка, шелестел снег по плотному верху кузова, фиолетовым глазком горел экономный ночник.