Т: На самом деле это был один из больших леопардов, называемый туземцами "инджогу", и похожий размерами на львицу. Я действительно сломал ему шею. Как вы, однако, знаете, прием "нельсон" я изобрел сам несколько раньше -- во время драки с огромной обезьяной-мангани, которую Берроуз назвал Теркоз.
Ф: Как же вы объясните расхождения между словами Берроуза и фактами?
Т: Г-н Фармер, взаимоотношения между моей жизнью и повествованием Берроуза чрезвычайно сложны. По различным причинам я предпочитаю не рассказывать вам о приемах Берроуза или моих собственных; но могу рассказать кое-что о нем, как о писателе. Прежде всего, Берроуз -- большой фантазер. Ничто не обязывало его придерживаться фактов, и даже если бы я хотел принудить его к этому -- пришлось бы начать судебный процесс, где я бы подвергся допросу, а это мне совершенно ни к чему. В этом отношении я полность разделяю позиции вашего персонажа Ховарда Хьюза. Я связывался с Берроузом после написания "Тарзана из племени обезьян", и просил сделать его повествование еще более выдуманным, почти фантастическим. Так мне посоветовала Джейн, ведь если бы люди обнаружили, что я -не вымышленный герой, они не дали бы мне спокойно жить. Во-вторых, Берроуз и сам не всегда располагал полной информацией. Впервые он услышал обо мне зимой 1891 года, спустя всего два года как я стал известен цивилизованному миру, а записи о моем существовании, включая дневник отца, который он до конца своих дней хранил в Африке,-- находились в Англии. Кстати, можете просмотреть копии этого дневника, но с собой я их вам не дам. Берроуз не был в Англии, а тем более в Африке, и располагал лишь устной информацией, пересказанной и приукрашенной множество раз. Многие пробелы моей истории он заполнял одними только догадками,-- и точными, и не очень.