Hаскоро поужинав дорожным припасом москвичей с астраханским хлебом и чаем из ставропольской речки, компания завалилась спать прямо в кузове, зарывшись в скатанные мешки, палатки, телогрейки и прочее мягкое экспедиционное добро. Лишь Звяга со Снежаной вызвались покараулить. Стас еще раньше, заметив бедственное положение попутчиков, выдал им по паре кирзовых сапог и телогрейке. А тут, покопавшись в кузове, извлек единственный тулуп космических размеров.

— Больше нету таких, — сказал он Звяге, разведя руками.

— Добре, благом дарен будь. Больше не надо, — ответил добровольный сторож. *

* (Здесь и далее малопонятный говор переведен на современный язык. Прим. авторов).

Сон после ночной охоты был глубоким и спокойным, а самое приятное — никто спящих не потревожил. Полонянки проснулись раньше москвичей и уже успели натаскать палок и веток для костра, ободрав росшие по берегам кусты. Два порубленных зайца весело пробулькивали в ведре.

— О! Уже и завтрак готов? — Стас, зыбко поеживаясь, выпрыгнул из кузова, заглянул в ведро. — Сейчас я кое-какие приправы достану.

Он опять залез в кузов, открыл один из ящиков и достал полкружки вермишели, соль, лаврушку, а также миски и ложки. Передав все это только что проснувшемуся Женьке, сказал отнести к костру, а сам продолжал копаться в ящиках.

— Hачальник, а чего ты, собственно, суетишься? — высунул голову из-под брезента Валентин.

— Хватит дрыхнуть, там уже зайцы готовы. Hу-ка, слезь с этого ящика…

Когда все уже собрались около костра, появился и Стас. В руках у него был радиоприемник «Геолог».

— А-а-а! Так вот чего ты там искал! — заулыбался Валентин.