Все эти "усовершенствования" происходили через силу - незнание языка чересчур осложняло общение, а двух сотен слов, которые Женя (Валентин оказался слишком невосприимчив к чужой речи) сумел выучить под руководством Стаса, собирающегося в дорогу, было явно мало... Иногда им удавалось привлечь Толоконниковские способности, но тот был так же бестолков в технике, как Валентин в языках, - и Жене приходилось чаще пользоваться руками и рисунками на песке.

10.

Рано утром поисковики продолжили путь, поднимаясь на веслах вверх по течению протоки. Русло съеживалось очень быстро. К полудню петляющая речка уменьшилась до таких размеров, что ладья еле вписывалась в крутые извивы, касаясь сразу обеих берегов, нависающих над струящейся мутной коричневой водой. Окрестные деревья, приближаясь к болоту, заметно теряли свою мощь и силу. Стас зачерпнул за бортом стеклянной мензуркой, но ничего интересного не обнаружил - вода была окрашена торфом.

В конце концов речка выродилась в ручей. Hеждан и Кокорь вытянули лодку и спрятали под ближайшим кустом, дальше отряд пошел пешком. Земля под ногами заметно помягчела, и вскоре захлюпала болотная жижа. А когда появились первые кочки - рудознатец вытащил из какой-то захоронки три длинные жердины и роздал попутчикам.

- Hу ты, Иван Сусанин, куда завел? Потопнем тут. - Стас с трудом выдирал сапоги из болотной трясины, пробираясь вслед за Hежданом.

Сзади пыхтел Кокорь.

- Вот, уже скоро, вон, где березки стоят - островок, там же и руда,ответил рудознатец, ощупывая слегой трясину впереди себя.

Стас отметил появившуюся ржаво-коричневую пленку на участках между кочками с открытой водой: похоже, действительно где-то неглубоко залегает залежь руды, которую выщелачивают кислые воды болота.