- Как ты расправился с тем астероидом, мы видели в стереопередачах, - сдержанно отозвался Артур.

"Пегас" внезапно возник из невидимости. В распахнувшемся люке показалось возмущенное лицо Николая.

- Чего вы тянете, друзья? Уже полчаса назад вы должны были попытаться разложить нас на атомы.

Марек махнул на него рукой: экранирование восстановилось. Минуты две заняла вторичная проверка его полноты. Затем Марек подал команду бомбардирам. Вынесшийся из курдина поток энергии остался невидимым - защитные механизмы станции надежно гасили боковое рассеивание. И на стартовой площадке ничего не произошло: световой столб, исторгнутый курдином, прошил словно бы абсолютную пустоту. Зато в отдалении ослепительно вспыхнул "Нептун".

Из невидимости снова возник невредимый "Пегас". В окне улыбались Николай и наладчики.

- Переходим к последнему этапу испытаний - термоядерной обработке, - объявил Марек.

На площадке появились старинные суперядерные орудия, доставленные на Немесиду из земных музеев. Каждый выстрел из такого страшилища мог испепелить миллионный город. Марек весело пообещал зрителям, что смертоубийственные чудища наших предков принесут трансмировому кораблю меньше вреда, чем детская хлопушка астрономической башне. Жак, обеспокоенный грозным видом аппаратов, сказал, что хорошо бы нам удалиться в укрытие. Артур успокоил его:

- Мы защищены от ядерных взрывов столь же надежно, как от курдинных ливней. А "Пегаса" для ядерных орудий просто не существует.

Термоядерный обстрел был, конечно, самой легкой из проверок - скорей фейерверк, чем испытание. Жака тревожила психологическая привычка, доставшаяся нам от предков, - страшиться термоядерных средств истребления, - а не реальная опасность самой операции. Внешне она, правда, получилась внушительней, чем курдинный залп. На месте, где скрывался невидимый "Пегас", взвился огненный столб, сверкающее пламя ринулось вверх, крутилось, кипело, из него поднялся черный гриб испепеленного вещества, из гриба посыпался раскаленный прах. Площадки, пощаженной промчавшейся над ней световой трубой, больше не существовало - гигантская яма дымилась на стартовой территории. Марек ликовал. Спектакль вышел на славу.