- Люблю твои духи, Николай. Возьми их в рейс побольше.

- Взял целый ящик - хватит и для нас, и для двенадцатимерных дзета-мирян.

Чтобы привести Николая в хорошее настроение, лучше всего похвалить его духи. Это единственное изобретение, авторство которого он не делит ни с кем. На Кремоне, страшноватой планетке в системе Ригеля, - там мы высаживались три раза - он нашел красно-зеленый минерал, на Земле неизвестный. Хозяйственной ценности минерал не приобрел, но, растворенный в спирту, испускал приятный резковатый запах. "Одушевляюще, я бы даже сказал, организующе пахнет!" - хвастался Николай, демонстрируя первую порцию своих духов. Он оказался прав в самом прозаическом смысле: духи повышали тонус, их потом так и называли: "Стимулирующая эссенция с Кремоны". Николай всюду теперь появляется в легком облачке своего "бодрящего аромата". А в день курдинных и термоядерных проверок он израсходовал столько "стимулирующей эссенции", что она ощущалась за километр.

- Сдаю полномочия! - торжественно сказал Марек. - С этой минуты командуешь ты, друг Казимеж Полинг.

- В таком случае через часок мы отбываем! - Я постарался, чтобы ответ прозвучал буднично.

Марек, мне казалось, исчерпал все запасы торжественности, отведенные для нашего путешествия.

О самом старте вспоминать не буду. Нам Недавно рассказывали, что он произошел мгновенно: ни инженеры Немесиды, ни двадцать миллиардов зрителей не заметили мига выпадения "Пегаса" из космоса. "Провалился, как привидение в преисподнюю!" - с восторгом прокомментировал Марек исчезновение "Пегаса". Что до меня, то не нахожу в этом ничего удивительного. Удивительно было бы, если бы совершалось как-нибудь по-другому.

Глава вторая

ЗАГАДОЧНЫЙ КУПОЛ

Вокруг была темнота, и в темноте кто-то плакал. Меня раздражал этот нудный плач, он длился уже столетие, к тому же был так громок, что болело в ушах. Надо бы приподняться, сердито прикрикнуть. Нельзя же так распускать свои нервы, хотел я сказать, хватит истерик. Я, капитан трансмирового корабля "Пегас", запрещаю лить слезы на борту!