- Давайте опять осмотрим купол, - предложил Артур.
Мы осторожно обошли странное сооружение, но снова обнаружили лишь одно отверстие - то, через которое вышли. Николай уверял, что мы стали жертвой оптической иллюзии. В мире, лишенном перспективы, понятия "дальше" и "ближе" утрачивают свой естественный смысл. Всего час назад мы неутомимо шагали к куполу, не продвигаясь ни на шаг. Возможно, и сейчас мы безмятежно покоимся на месте, а наши движения - иллюзия.
- А море? - сказал Артур. - Мы удаляемся от него и приближаемся к нему. Достаточно сделать несколько шагов, чтобы убедиться в этом.
- Море тоже оптическая иллюзия!
- Артур и Николай, войдите в купол и проверьте, все ли шесть выходов на месте и сохранился ли наш рисунок, - попросил я.
Они ушли, а я вскоре увидел, что буря, менявшая цвета моря - "вздымавшая его сияние", написал потом об этом явлении Артур, - стала усиливаться. Из фиолетовой глубины выкатывались уже не синие, а голубоватые валы, на их гребнях вспыхивали желтые воротники. Море разъяренно зеленело, цвета нарождались и угасали все быстрей, становились все ярче. Линия цветового прибоя делалась изломанной - краски его хаотично обрушивались на берег, отлетали назад и гасли. И я поймал себя на тревожной мысли, что усиление бури вполне может сойти за ответ рассерженного существа на наше неожиданное появление. Настроив дешифратор на цветовую речь, я пытался уловить, нет ли осмысленной информации в перемене красок, но дешифратор не нашел разума в цветовом шквале.
Из купола вышли Николай и Артур.
- Выход один - тот, у которого ты стоишь, Казимеж, - сказал Артур.
Николай, услышав, что я не нашел осмысленной информации в вариациях красок, пустил свой дешифратор на автоматическую запись. "После разберемся!" - сказал он. Артур заметил, что пока мы обнаружили меньше интересных явлений, чем теоретически ожидалось. Почему? На это я имел ясный ответ: мы слишком уж побаиваемся нового мира, который надумали познавать. Ознакомление с любым неизвестным немыслимо без риска - к такому выводу приводят галактические странствия. Нет оснований полагать, что в дзета-мире все обстоит по-иному, чем в родном космосе.