Оно было передо мной и казалось прекрасным. И голос, он был внутри меня, и в то же время где-то далеко. Он сказал: «ТЫ БЛАГОРОДНЫЙ ЧЕЛОВЕК. ДЕЛАЙ ТО, ЧТО СЧИТАЕШЬ НУЖНЫМ». И тогда я поверил в него. Я решил, что он на моей стороне. Возможно, он послал мне испытание, но он считал, что я его преодолею. И я понял, что ничего не кончено. Может быть, те записки и не были такими уж ценными. Жизнь продолжается, и надо жить дальше. Я жил, и верил в него, хотя и никому не говорил, что верю. Что бы я ни делал, я знал, что он это одобрит. И я действительно СДЕЛАЛ это, сделал то, что когда-то считал невозможным. Я переступил эту черту, потому что он когда-то меня поддержал. Мы переступили границу, которая отделяла наш мир от вашего. И я ушел за эту границу… навсегда! А теперь выходит, что он — это ты… человек, который ничем не лучше меня. Великое божество, которое я себе представлял… И вот оно — передо мной. И жизнь этого божества — в моих руках… Какое дерьмо! — внезапно воскликнул Эл, хватая пистолет.

На Джона было просто жалко смотреть. Он чувствовал себя глубоко виноватым — настолько, что, казалось, потерял дар речи. Кто бы мог подумать, что его Эксперимент может так обернуться? Разве он думал, к каким последствиям может привести его ночное явление? Да, ему понравился Эл Нимек, и он решил его поддержать. Но это тоже была только часть игры. Могло ли тогда прийти ему в голову, что эта игра может стать реальностью?

— Я понял, почему ты нас уничтожил, — сказал Эл. — Мы переступили черту. Ты хотел, чтобы мы всегда оставались по ту сторону. По твоему плану мы не должны были знать ничего о том, что находится за пределами нашего мира. Это должно было всегда оставаться игрой для таких, как ты. Но мы нарушили… я нарушил правила, послав вам ультиматум. Вот почему ты это сделал.

— Когда ты назвал свое имя, я почему-то сразу решил, что ты был главным, — сказал Джон.

Это было не то, что нужно было сказать, и Джон понимал это. У него кружилась голова. Промелькнула мысль, что скоро он совсем потеряет способность соображать.