- А у меня для вас сюрприз.

- Какой еще сюрприз? - недовольно спросил Кальвис.

Оба ученых шагнули на движущуюся ленту, проложенную вдоль всего коридора.

- Представьте себе, - начал Фарро, пощипывая бородку, - неделю назад я рылся в старинных рукописях, и вдруг меня осенила идея. Я тут же пошел к Архонту и получил внеочередную командировку в XIX век, да еще из директорского фонда!

- Воображаю, как вы упрашивали старика! - язвительно заметил Кальвис.

- Представьте, я только изложил ему свои догадки, и он настоял, чтобы я отправился немедленно, - Фарро слегка дотронулся до стены. - Сейчас вам все станет ясно!

Панели мягко расступились, пропуская обоих ученых. В центре комнаты стоял "Компиграф".

Кальвис лишился дара речи. Он в недоумении смотрел то на аппарат, то на лукаво посмеивающегося Фарро.

- Позвольте... Но ведь он безнадежно сломан! Я даже бросил его в 1809 году, не пытаясь вернуть к нам...

Хозяин кабинета упивался произведенным эффектом.

- Совершенно верно! А вот двадцать пять лет спустя один Молодой человек купил его в Вене на барахолке. Этот юноша оказался гениальным изобретателем. Без схем и чертежей, не имея представления об электронике, вслепую, он устранил неполадки, и "Компиграф" начал действовать почти так, как прежде!

- Почти?

- Да, кое-какие гармонические и мелодические связи восстановить не удалось, но он так переделал аппарат, что тот стал писать музыку в оригинальной, неожиданной манере, не скованной множеством строгих ограничений и правил теории музыки...

- Но тогда этого юношу можно смело поставить рядом с Ньютоном и Менделеевым! - воскликнул пораженный Кальвис.

Фарро молча подошел к "Компиграфу", открыл крышку и нажал несколько кнопок. Затем он с загадочной улыбкой обратился к Кальвису:

- А ну-ка, попробуйте!

Тот наиграл мелодию из "Прощальной симфонии" Гайдна, а затем впился глазами в нотный лист, появившийся из прорези.