- Так утверждал Джон Цвиркун. Он, наверно, уже в лаборатории. Идем к нему.

Рой остановил схватившего пальто Генриха.

- Говорить с Джоном буду я. По твоему описанию, он человек малоприятный. Я постараюсь убедить его, что он должен приспосабливаться к нам, а не мы к нему. У тебя такие разговоры не получаются.

...Цвиркун, уже сидевший в лаборатории, поспешно вскочил и, сияя кривящимся лицом, пошел навстречу братьям. Рой холодно пригласил его в свой кабинет, жестом показал на кресло. Цвиркун заторопился говорить. Рой оборвал его таким же молчаливым властным жестом. Гость, предчувствуя, что его ждет отказ, переводил молящий взгляд с одного брата на другого.

- Я считаю, что предложенная вами тема не соответствует профилю нашей лаборатории, - ледяным тоном начал Рой. Цвиркун побледнел так сильно, что Рой невольно заговорил быстрей. - Брат придерживается другого мнения. Цвиркун с благодарностью посмотрел на Генриха, снова ничего не сказал, только сморщил лицо в гримасе, соединившей вместе губы, нос и глаза; возможно, он так выражал высшую степень признательности. - Мы обычно друг другу уступаем. Брат не захотел мне уступить, пришлось это сделать мне. Цвиркун, вскочив, хотел рассыпаться в благодарностях, но Рой, повысив голос, раздраженно продолжал: - Прошу вас помолчать, я не окончил. И, пожалуйста, не кривляйтесь. Я не понимаю выражений вашего лица.

- Я постараюсь, - тихо сказал Цвиркун. - Поверьте, это непроизвольно. На Марсе мы привыкли ко многим вольностям. На Земле иные порядки...

Он теперь с таким усердием удерживался от гримас, что Генриху стало жаль его. Рой перечислял условия, необходимые для успешного поиска. Цвиркун вручает таблицу колебаний пластинки, отвечающих на излучение спор калиописа, с полным расчетом направлений на излучающий объект и расстояний до объекта.