"Как же это он избавляется от антигравитации?" подумал Контргайкин, но решить этот вопрос не успел: голова его стукнулась об ограничитель. К ограничителю, правда, была приделана подушка, но все равно в ушах зазвенело. Контргайкин открыл дверь лифта и вылез на площадку. Он вспомнил правила поведения человека, очутившегося на тонком льду, улегся на живот и стал медленно глядеть то направо, то налево. Лестницы не было. "Ну да, - сообразил Контргайкин, - она и не нужна тому, у кого есть в ботинках прибор для уничтожения антигравитации. Но мне-то как быть?" Кое-как он прополз через десять комнат и очутился на балконе. Земля была далеко внизу, зато рядом Контргайкин увидел конец троса, удерживающего дом. "Другого пути нет", - решил он, вцепился в трос и пополз вина. Пока трос находился в зоне антигравитационной плиты, все было неплохo, но вскоре он оказался над свободным пространством, и Контргайкин стремглав полетел вниз.

Очнулся он оттого, что кто-то энергично его тормошил.

В голове гудело, все тело разламывалось, и руки, оцарапанные о трос, горели. Возле себя он увидел Пилястрова.

- Великолепно, не правда ли! - кричал архитектор. - Оригинально, современно, уютно. Вставай, я тебе еще один экспериментальный дом покажу из новых строительных материалов. Стены из ваты пополам с бумагой, обожженные в сталеплавильной печи, а крыша - из бронированных плит, для защиты от метеоритов.