Маг улыбнулся:

— Так говорится в прогнозе, сэр Стэнли, но сам я не могу утверждать этого. Магия погоды — не моя область.

— О, извините. Вы и ваши коллеги всегда на чем-то специализируетесь, не так ли? А какая у вас специализация?

— Я изучаю судебное волшебство.

— Понятно. Несомненно, интересная тема.

В этот момент его внимание привлек запах долетевшего до него сигарного дыма.

— Джеймисон!

Розовощекий юнец вынул сигару изо рта и с тревогой посмотрел на сэра Стэнли:

— Сэр?

— Что за дрянь вы курите?

Джеймисон опустил глаза на сигару в руке с видом, будто представления не имел, как она вообще тут оказалась.

— «Хаштапар», сэр.

— Персидский табак; я так и думал, — дворянин удовлетворенно улыбнулся. — Хороший персидский табак — удивительная вещь, а вот плохой — к которому относится и это — напоминает мне... Я боюсь тебя смутить, мой мальчик... э-э... арабский бордель.

Неловкая пауза напомнила всем, что среди них присутствует человек духовенства.

— Выбросьте ее, Джейми, — нарочито громко сказал Квинт. — Вот, возьмите мою.

Джеймисон посмотрел на три четверти выкуренную сигару и выкинул ее.

— Нет, спасибо, Джейсон. Я бы все равно ее выбросил. Просто решил попробовать. — С довольно глупой улыбкой он посмотрел на сэра Стэнли. — Они были дорогие, сэр, поэтому я купил одну. Только попробовать. Но вы правы — от нее пахло, как... как из даосского храма.

Сэр Стэнли хихикнул.

— Некоторые из самых дурных привычек — также и самые дорогие, сынок. Впрочем, как и некоторые из самых лучших.

— А вы что курите, сэр Стэнли? — негромко спросил отец Арманд.

— Это? Смесь балика и робертийского.

— Мне нравится похожая смесь. Думаю, балик — лучший из турецких сортов. Но я смешиваю балик с коубинским.

Сэр Стэнли покачал головой:

— Табак из герцогства Коубы больше подходит для сигар, святой отец. А в герцогстве Робертии выращивают лучший табак для трубок. Конечно же, я допускаю, что все это — дело вкуса.