- Расскажи о Земле, - предложила Эла.

- Расскажи о себе, - сказал Виктор.

- Расскажу, - пообещала Эла, - но сначала ты.

У Виктора накопилась куча вопросов, но он был в другом мире, в гостях и подчинялся неписаному, но безусловно принятому правилу - уважать просьбу хозяев.

Он стал рассказывать о Земле - о морях, лесах, о городах и машинах. Это было тоже в какой-то мере традиционно: разведчиков учили, как начинать разговор и как его продолжать. Эла слушала. Но слушала странно - голос, как показалось Виктору, интонацию. Ему пришло в голову, что она не все понимает в его рассказе, может быть, даже не слышит рассказа, просто прислушивается. Он убедился в этом, когда она задала самый элементарный вопрос:

- Что такое машины?

Виктор пояснил, привел, как пример, корабль, авиэт, которые Эла видела. Спросил:

- У вас машин нет?

- Нет, - ответила Эла.

- Что же у вас?..

- Музыка.

С минуту Виктор глядел на нее, не зная, как продолжать разговор, но тут зашевелилась, заявила о себе куча вопросов, которые у него накопились. Виктор спросил:

- А ты кто?

И еще с минуту он ждал, пока Эла ответила:

- Песня.

Солнце коснулось горизонта, повеяло свежестью.

Виктор и Эла поднялись, пошли по окраине площади.

Не было шуткой, когда Эла ответила Виктору, кто она, и еще ответила на многие его вопросы. Музыка жила в этом мире - невидимая, разумная. Музыка-математика, музыка-цивилизация.

- Город? - говорила Эла. - Это твое понятие. Мы живем обществами, и каждое общество - музыкальный аккорд, симфония.

- Посмотри, - она подошла к одному из домов, - здесь мелодия.

Жестом открыла нишу в зеленой стене. Едва слышное до этого звучание вырвалось на площадь. Звенели струны: мелодия поднималась, набирая высоту, силу, и опускалась в медленном ритме. Литавры, может быть, другие инструменты, похожие на литавры, кончали каждый аккорд. Паузы между концом и началом аккордов были как вздохи. Струны пели, литавры заканчивали аккорд, и это было похоже на успокоенное дыхание после большого, хорошо сделанного труда.