Охранник взялся за оружие. Петри поклонился и двинулся к двери, когда она закричала ему вслед:

— И забери с собой этот мусор!

Он поклонился снова, склонясь еще ниже, чтобы собрать дары, которые она швырнула на пол, а затем вышел.

— Как он осмелился предложить мне перенять холопские нравы его народа! — бушевала Элаан.

— Кажется, что Ваше Величество не благоволит к троянцам? — спросил Кирк.

— Я никогда не прощу Совету Знати, что они навязали мне весь этот кошмар! Кстати, это вы отвечаете за условия проживания!

— На борту лучше ничего нет, — сказал Кирк. — Я предлагаю вам примириться с этим.

Ошеломленная его наглостью, она взглянула на туалетный столик Ухуры в поисках предмета, который она могла бы разбить вдребезги. — Вы осмеливаетесь предлагать мне!

— Личные вещи лейтенанта Ухуры убраны из каюты. Но если швыряние вещей доставляет вам удовольствие, я организую снабжение каюты бьющимися предметами.

— Я не позволю себя унижать!

— Тогда ведите себя прилично, — сказал Кирк и пошел к двери, услышав сзади визг:

— Я не давала вам разрешения уходить!

— А я и не просил его, — сказал он, захлопывая за собой дверь.

Возбужденный Петри ждал его в коридоре.

— Капитан, я хочу связаться со своим правительством. Я не могу выполнить свою миссию. Я оскорбил бы своего правителя, если бы привез ему этого неисправимого монстра в качестве невесты.

— Остыньте, посол. Ваша миссия — миссия мира.

— Не может быть мира между эласианцами и нами.

Мы обманулись. Правда в том, что, когда я с этими людьми, я не хочу мира. Я хочу убивать их.

— Тогда вы такой же, как и она, — сказал Кирк. — Вы не обязаны любить эласианцев, вы обязаны сделать дело.

— Это дело невыполнимо. Она просто не желает слушать меня.

— Заставьте ее слушать, — сказал Кирк. — Не будьте таким мягким дипломатом. Она уважает силу. Настаивайте на своем, посол.