В руке Кузькина неожиданно оказался наполненный стакан, он машинально выпил и перешел во вторую фазу. Во второй своей фазе Кузькин становился липким, как жвачка.

- Ладно, сказал он, - допустим, они прилетели. А что им надо, этим пришельцам?

- Откуда же мне знать, - Петрович пожал плечами. - Вон у меня зять путевку в Анталию купил. Между прочим, за доллары. А на кой черт ему эта Анталия?

- Нет, Петрович, ты не крути, - наседал Кузькин. - Откуда ты знаешь про пришельцев? Выкладывай, что за пришельцы такие? Ты сам-то их видел?

- Видеть - не видел, врать не буду. А вот слышать кое-что пришлось.

- Где?

- Да вот прямо здесь.

Кузькин от изумления чуть не слетел со стула.

- Здесь? Вот прямо тут!?

- Ну.

Константин Юрьевич осоловело таращился на Петровича и порывался что-то сказать, но у него не получалось. Удалось ему только поднять руку и погрозить Петровичу пальцем.

- Сдается мне, что это не коньяк, произнес тот задумчиво, - Со ста пятидесяти так не развезет.

- А сколько там градусов? - живо поинтересовался Кузькин.

- Сколько есть - все наши... Холера, в голову не бьет, а ноги,как ватные...

Кузькин тоже ощущал некоторую потерю координации, но голова работала, как часы, и ему страсть хотелось разложить всех этих пришельцев по полочкам.

- Что выпито, то выпито, назад не сольешь, констатировал он. - И что там с пришельцами? Прямо сюда явились?

- Нет, не явились. Это черти являются... Неделю-полторы назад сижу я здесь вечером... Не сказать, что трезвый... Так, кое-какие дела были - шабашка, одним словом. Заходят двое.

- Зеленые?

- Почему, нормальные, трезвые.