– Милиция. Нашли дома пакетик с героином. И арестовали.

– Какой пакетик? Откуда он у вас?

– А я знаю?..

– Та-а-ак… – мрачно изрекает Доктор. – Слушай меня внимательно. До утра мы заняты. У нас уже развёрнута операция, и остановить её не можем. Постараемся вылететь утренним рейсом всем составом. Если утром не успеем, вылетаем дневным. Значит, после обеда будем на месте. Ты не волнуйся, всё утрясётся… Меры какие-то принимала? В Лион звонила?

– Звонила. Сказали, Костромин в командировке. Но там только по-французски понимают. Я со своими языковыми способностями не стала объяснять ситуацию…

– Кому ещё сообщила? В ФСБ?

– Пыталась дозвониться полковнику Баранову. Это бывший начальник Саши…

– Помню…

– У Баранова телефон не отвечает. Поздно уже. Домашний номер я не помню. Дежурный мне номер не даёт, поскольку домашние номера офицеров… Сам понимаешь… Больше я никого не знаю. Что делать?

– Не суетиться. Тебе больше ничего делать не надо. Мы приедем и все сделаем.

– Побыстрее, Доктор, миленький… Он же там…

– Успокойся. И слушай мою команду. Как старший по званию и по возрасту, кроме того, как отставной остервенелый медик, рекомендую принять сразу четыре таблетки валерианы и лечь спать. Утро вечера – сама знаешь… В офисе тоже был обыск?

– Нет. Только в квартире. Они хотели и туда сунуться. Саня сказал им, что там чей-то офис, и он к этому никакого отношения не имеет. Они не рискнули дверь взламывать.

– Тогда я не очень понимаю… Ладно. Жди нас. Я до утра всё равно ничего не смогу предпринять. И не переживай. Это какая-то провокация, очень обычная по нынешним временам. Это не так страшно, как выстрел… Жди…

– Жду…

– Всё. У меня работа пошла… Извини…

Он убирает трубку и кивает Ангелу:

– Это они! Поехали. По дороге расскажу…

Ангел и сам уже видит машину, на которой днём приезжал Тобако – тёмно-зелёный «Ленд Ровер». Выворачивает на дорогу и пристраивается за ним. Как и было обговорено раньше.