Обещаю, ага. Но не провожу, мне и без того есть, чем заняться.

— Послушай, Лорд — тьфу блин, нельзя, что ли нормальное имя назвать? — короче я понятия не имею, что делать дальше и куда ехать. И встречаться с другими эльфами не имею никакого желания.

— Что так? — удивился я. Странно, в самом деле. Что это он так избегает встречи с сородичами? Неужели и правда — изгнанный преступник? Да быть такого не может! Ушастые своих детей, даже совершивших преступление, из Леса не выпускают. Это только взрослых вышвыривают в большой мир. Наказание у них такое. А взрослыми у них с шестидесяти лет считаются. Этому еще положено за мамкину юбку держаться.

Тэй почему-то мнется. Молчит. Мне это не нравится. Если он ничего не помнит, у него нет оснований избегать встречи с соотечественниками. Скорее уж наоборот, может, кто из родственников его узнает. Что-то тут определенно не так!

— Тэй, может, расскажешь в чем дело? — мягко предложил я. — Меня твои конфликты с сородичами по-любому не касаются. Я же вампир — помнишь? У нас с эльфами вечная вражда, так что я тебя не выдам.

Он нервно сжал пальцами повод и опустил голову, смотря только на конскую гриву. Я окончательно уверился, что мальчишка скрывает какую-то тайну. И, похоже, с потерей памяти он наврал с три короба. Хотя временами получается очень убедительно, даже я фальши не почувствовал, или он не притворялся?

Тэй вдруг поднял голову, взгляд у него стал отчаянно-решительным.

— Хорошо, я расскажу. Только… можно я тогда с тобой поеду? — звучит почти умоляюще. И еще так ресничками хлопает умильно. Так и хочется по головке погладить и дать конфету.