- Как лемминги, - предположил Джонатан.

- Точно, - сказал Бэстейбл. - А что касается меня, то я ничего не знаю наверняка, кроме того, что все они исчезли, и сомневаться в этом не приходится.

- Мне не нравится вся эта история, - заметил Джонатан встревожено. Что-то затевается. Сегодня я видел воздушный корабль.

- В такую погоду? Очень странно, что он летал в бурю.

- Я сказал себе то же самое. Но потом пришел ты, мокрый как утка.

Бэстейбл не нашелся что ответить. Его надежды оправдались - новость напугала Джонатана, но он не был уверен, что сравнение с уткой было уместным.

- Послушай, - начал он слегка вопрошающим тоном. - Я не уверен, что утки...

Но Джонатан перебил его, несмотря на то что при обычных обстоятельствах он никогда бы не поступил так.

- Мой сыр! - воскликнул он, и Ахав, почувствовав в голосе хозяина опасные нотки, галопом поскакал на кухню, опрокинув стул, а вместе с ним и остатки сыра, и, прежде чем к нему вернулось благоразумие, успел сдвинуть с места еще и крепкий деревянный буфет. Он пробежал обратно по деревянному настилу кухни и выглянул из-за буфета на двух мужчин, которые сами с изумлением уставились на него.

- Эти новости, очевидно, расстроили твою собаку, - сказал Гилрой Бэстейбл, поднимая сыр и отламывая от него ломоть размером с собственный нос. - И должно быть, здорово расстроили. Ты знаешь, Джонатан, о чем говорят в селении?

- Нет, а что? - отозвался Сыровар.

- Все вокруг шумят о том, дружище, что ты смелый парень и твоей смелости хватит на то, чтобы самому отправиться вниз по реке, в сторону побережья, со своим сыром и вернуться обратно с пряниками и подарками эльфов.